Однажды утром


Этот и следующие четыре рассказа лучше читать в последовательности, как они здесь выложены.

Рано утром, когда солнце ещё только поднялось из-за чёрной горы, именуемой Кабан, как тут же вмиг, налетевший ветерок, угнал остатки низкой облачности или, не успевшего опуститься на землю тумана, в сторону моря. И солнце, которое ещё минуту назад едва пробивалось сквозь этот туман, и казалось не ярче луны в полнолуние, вдруг брызнуло яркими лучами и сразу же стало по летнему припекать. Так быстро меняется погода в Крыму.
И Влад облегчённо вздохнул, глядя на свою малолетнюю спутницу одетую в футболку и шорты, подумав про себя:
— «Хорошо! Я не ошибся с погодой. Ведь ещё совсем недавно можно было предположить, что утро начнётся с дождя.»
Пока лезли по крутому склону вверх, по едва наметившейся в траве тропинке, оба молчали. Влад лишь внимательно смотрел, чтобы его спутница не поскользнулась на сухой, но осыпающейся под ногами почве, готовый в любой момент подхватить девочку. Но Лера старательно выполняла все его указания перед подъёмом, ставила ноги на тропу на всю ступню и своим вниманием была в каждом своём шаге. И поэтому только пыхтела и тяжело дышала на непривычном для себя участке пути.
Но вот крутой подъём наконец закончился, тропинка пошла вверх под небольшим углом и Влад с Лерой остановились, чтобы отдышаться. Лицо ребёнка из только что сосредоточенного обратно стало улыбчивым и любопытным. И она, не умевшая по долгу молчать, едва восстановив дыхание спросила:
— Так это сюда ты ходишь каждое утро?
— Не каждое, но иногда хожу, — ответил Влад.
— А зачем? — спросила Лера и тут же предположила, — чтобы заниматься физкультурой?
— Нет не только поэтому, хотя такие прогулки по утрам, конечно, полезны для здоровья. Но я думаю ты скоро сама всё поймёшь.
Однако тропинка, правда, не так круто как вначале, но опять прошла в гору и Лере стало не до разговоров. Но уже через несколько минут очередной крутой подъём закончился и они снова шли по узкой тропинке постепенно идущей вверх, но уже совсем под небольшим углом.
И Лера начала крутить головой. Справа, в этом месте, невысокие крымские горы покатыми холмами раскинулись на сколько хватало глаз, постепенно переходя в основательную горную гряду. Слева до самого горизонта простиралось море во всей своей утренней красе. В спину светило и уже хорошенько пригревало солнце. А впереди простиралась причудливая береговая линия с чередой многочисленных бухт. На их берегах белели небольшие города и посёлки, растворяясь в утренней дымке. Итак, до горизонта и едва различимого мыса Аю-Даг, известного как Медведь гора. Но сейчас Лера, глядя на всё это, пока молчала.
Потом они остановились возле молодого дуба и потрогали его ещё небольшие, но уже жёсткие листочки, после у сосны погладили маленькие зелёные шишечки. Затем постояли возле покрытой, как облаком из фиолетово-розоватых шаров скумпии и даже потрогали кисти соцветий таких необычных цветов. А затем Лере захотелось надавить на надувшиеся, как небольшие маленькие продолговатые дирижаблики и почти прозрачные стручки одной из разновидностей акации. Она посмотрела вопросительно на Влада, тот кивнул. И девочка смеясь зажала в ладони один стручок. Тот, лопнув, выпустил воздух, но звука не издал, да ещё и прилип к ладошке. И Лере больше не захотелось этим заниматься.
Они разглядывали по ходу тропинки множество цветов, заметных, и совсем не различимых, в ещё не выгоревшей траве. Шли первые дни лета, изнуряющей жары пока не было и поэтому вокруг оставалось много всего любопытного.
Лера спрашивала, Влад отвечал, если знал, конечно. Но знал он, разумеется, не всё, особенно, по части трав и мелких цветов, познания его были весьма ограничены. Поэтому Влад честно признавался в своей некомпетентности. А ребёнок был очень внимательным. Лера заметила даже продольные полоски, на прилегающих холмах, едва заметными ровными террасами располосовавшими их склоны. Местами они были ещё из-за того хорошо различимы, что на некоторых из них ровными рядами росли небольшие сосны.
Влад по этому поводу предположил, что когда-то в древности на некоторых крымских горах, покрытых каменистым грунтом, делали террасы и пытались сеять на образовавшихся полосках плоской земли, ячмень. Но затея не прижилась в виду скудности почвы и, соответственно, плохой урожайности. Влад недавно прочитал об этом в одной книге и решил, что это, возможно, тот самый случай. А если и нет, то всё равно эти террасы без помощи человека появиться не могли. Лера, кажется, всё поняла и опять на время замолчала, озираясь по сторонам.
Но вот они поднялись на вершину холма и хотя тропинка уходила вправо, сначала вниз, а потом шла к другому ещё более высокому холму, Влад сказал:
— Всё! Дальше не пойдём. Давай здесь просто посидим.
Они подошли к краю холма, обрывом спускавшемуся к морю, но не очень близко. И Влад объяснил:
— Грунт этих холмов часто осыпается и поэтому нельзя подходить близко к самому краю.
Дальше они выбрали две небольшие кочки покрытые травой и уселись лицом к морю. Правда Лера вначале пыталась сесть на кочку покрытую жёлтыми цветочками, но Влад её вовремя остановил.
— Ты пожалел цветочки, — спросила она.
— Нет, я пожалел твою попу.
И когда Лера пригляделась, то заразительно рассмеялась, цветочки прикрывали неширокие длинные листья сплошь покрытые по краям ещё зелёными колючками, но надо полагать, от этого не менее острыми.
— Спасибо Влад.
— Пожалуйста. Красота иногда защищается всякими причудливыми формами, — философски заметил он. Но его ответ был совсем не рассчитан на возраст десятилетней девочки и Лера тактично промолчала.
Затем они молча смотрели на море, на берег. И Влад показал Лере, как задержавшийся кое где ещё туман, словно молоко, заполняет впадины между холмами и тает буквально на глазах, выдуваемый ветерком в сторону моря.
Лера какое-то время молчала, а потом многозначительно произнесла:
— Я поняла зачем ты сюда ходишь.
Влад улыбнулся, глядя на свою спутницу, но отвечать не стал. Лера же ещё помолчала несколько минут, а затем как-то по взрослому сказала:
— Ты давно любишь Крым?
— С самого первого раза, как только увидел.
— А когда ты его в первый раз увидел?
— Да уже, наверное, лет двадцать пять назад.
— Ого, — удивилась Лера, для неё двадцать пять лет было целой вечностью.
И опять наступила пауза. Но ребёнок есть ребёнок и для неё, очевидно, размышление о годах привели к следующей фразе:
— А моя мама говорит, что ты старый.
— А ты что думаешь по этому поводу? — усмехнулся Влад, весело глядя на свою собеседницу.
Лера неопределённо пожала своими худенькими плечиками, очевидно, не зная как ответить.
— Правильно, — пришёл ей на помощь Влад, — тебе всё равно, потому что для дружбы возраст не имеет значения. Мы же с тобой друзья?
— Да! — утвердительно качнула своей головкой Лера, да так, что с её головы чуть было не слетела панамка и две тоненькие косички задорно качнулись. А она весело рассмеялась счастливому разрешению неловкой ситуации.
— А твоя мама тоже права, потому как с тех позиций, что рассматривает людей она, я, конечно же, староват для неё, — рассмеялся Влад.
Маме десятилетней Леры, едва ли исполнилось тридцать и она воспитывавшая ребёнка самостоятельно вынуждена была смотреть на жизнь более практичным взглядом.

Влад с Лерой и её мамой Людмилой познакомился несколько дней назад. Они снимали комнаты у одной и той же хозяйки в частном секторе небольшого крымского посёлка. Основным достоинством этих комнат была их стоимость, каковой, как казалось Владу, уже быть не могло, после осознания своего нового статуса местными жителями, с присоединением Крыма к России.
Всего у хозяйки было восемь таких комнат, кстати, вполне приличного состояния, но туалеты, душевые и кухня предназначались для общего пользования, хотя и были оснащены уже современной сантехникой и прочим необходимым оборудованием. Одну из комнат занимал Влад, одну Людмила со своей дочкой Лерой, а в двух разместились семейные пары, приехавшие на отдых. Ещё в одной комнате жили двое мужчин, возраста Влада, приехавшие на лето работать водителями автобусов на турфирме зятя, хозяйки этого пансионата. Остальные номера пока пустовали, потому как курортный сезон ещё только, только начинался.
Влад приехал в этот посёлок тоже работать. Он ещё в марте созвонился по объявлению и хотел освоить новую для себя профессию экскурсовода. Вряд ли у него получилось бы подобная затея, в каком-нибудь признанном курорте, вроде Судака или тем более Ялты. Кроме того, Владу и самому хотелось летом побыть, где-нибудь в тихом местечке Крыма, вдали от буйного туристического веселья и суеты. И, кажется, ему это удалось.
Люда, мама Леры, тоже приехала поработать на лето, а заодно и отдохнуть на море вместе с дочкой. Она педагог по образованию, будет исполнять обязанности организатора всё той же турфирмы. Приехали Лера с мамой из ЛНР (самопровозглашённой Луганской республики), но Владу ещё пока не удалось пообщаться с Людой на эту тему. Поэтому и с Лерой он избегал говорить о её доме, сама же девочка пока не изъявляла желания рассказывать о своей родине.
Вчера, когда Лера просилась у Влада пойти с ним в горы — так громко она назвала его утреннюю прогулку по близлежащим холмам. Он отправил её спросить разрешения у мамы. После чего Людмила подошла к нему и шутливым тоном спросила:
— Владислав, чем вы приворожили мою Лерку, что она постоянно рвётся к вам в гости, а сейчас уже и в горы собралась.
Влад посмотрел на Людмилу и широко улыбнувшись сказал:
— У вас Люда очень светлый и открытый ребёнок. Обычно, дети к этому возрасту из-за постоянных одёргиваний, поучений и понуканий взрослыми, начинают замыкаться, погружаться в свой мир. А ваша дочка пока держится и её тянет к открытым, искренним людям, ей так проще, вот и вся причина.
— А вы, значит, открытый и искренний, — с улыбкой подвела итог Люда.
— Получается, что так, — поддерживая шутливый тон согласился Влад.
— И, как же вам удалось сохраниться открытым в таком…м зрелом возрасте, — настаивала Людмила.
— Я был как все, но потом взял курс на обратный процесс и, вот, как-то так само получилось, — усмехнулся Влад, — взрослые не любят и интуитивно сторонятся таких людей, а дети, напротив, принимают легко, но не все, конечно.
— И поэтому вы одиноки, — подтвердила Люда, так же как и дочь, не страдающая избытком тактичности.
— Отчасти и поэтому тоже, — согласился Влад.
Людмила, как-то уважительно глянула на Влада, и после уже не чинила препятствий девочке общаться со столь взрослым другом. Впрочем, не так уж много они и общались, иногда просто сидели молча. Как и сейчас на этом холме.

— Влад, ты о чём думаешь? — прервала затянувшуюся паузу Лера.
— Ни о чём, просто любуюсь, — ответил Влад.
— А разве можно ни о чём не думать? — удивилась Лера.
— Можно.
— А я вот думаю, для чего люди живут на земле?
Влад от неожиданности подпрыгнул на своей кочке. Вот так ребёнок! И что ей ответить на такой вопрос?
Но тут Лера добавила, ещё больше загоняя Влада в тупик:
— Ну, не для того же, чтобы испортить всю эту красоту.
И это получилось у неё как-то уж совсем по взрослому.
— Нет конечно! — возразил Влад, — просто люди вначале не задумывались и делали всё, как им казалось лучше для них. В наше время уже не так, и всё больше людей стараются помогать природе, не портить её, а также думают, что останется после них будущим поколениям.
— Только не у нас, — опять возразила Лера.
— И у вас всё будет хорошо, вот увидишь, — с убеждением подтвердил Влад.
А потом, выдержав паузу, добавил:
— Люди приходят на эту землю помногу раз, многократно перерождаясь. И приходят они с единственной целью, чтобы счастливо прожить свою очередную жизнь. Но получается, так, далеко не всегда. А люди рождаются снова и снова и постепенно у них всё лучше начинается получаться быть счастливыми. И когда человек проживёт уже много, много жизней, он не оставит после себя мусор и не сделает какую-нибудь гадость другим людям. Но всё дело в том, что вместе с теми, кто уже много раз бывал на земле, приходят и те, кто только, только начали свои первые жизни. Вот они и делают, всё, что оборачивается потом плохо и для земли и для других людей. И на этом они учатся жить здесь. Увы, это неизбежный процесс.
Лера не спрашивала больше ничего и не уточняла, значит, поняла. Но, после паузы всё-таки задала свой очередной вопрос:
— А ты Влад уже много раз рождался на земле?
— Много, очень много, — уверенно ответил Влад.
— А я? Как ты думаешь?
— И ты, судя по всему, тоже много, — так же уверенно подтвердил Влад.
— Судя по чему? — не унималась Лера.
— Ну, хотя бы потому, что задаёшь такие вопросы.
Лера успокоилась на минутку, и потом опять спросила:
— А, именно, здесь, в Крыму ты рождался?
— Это никогда нельзя сказать с полной определённостью, может и рождался, но мне, кажется, бывал здесь — это точно.
— Вон на том полуострове, — Влад показал на маячивший на горизонте Меганом, — я, кажется, был много, много, очень много лет назад. Когда люди ещё были даже внешне совсем другими. А ещё много, много лет назад, я бывал в Судаке, — и Влад махнул рукой в направлении этого города, невидимого с их возвышенности, — только тогда он назывался Сурож. А ещё, уже не так много лет назад, но тоже достаточно давно, я был в Крыму и меня ранили под Алуштой, — и Влад опять показал в сторону белевшего вдалеке города.
— Влад, ты воевал и тоже убивал других людей? — изумилась Лера, казалось, в её голове не совмещались эти понятия с её новым взрослым другом.
— «Вот балбес!» — выругался про себя Влад, — «дёрнуло же тебя хвастаться прошлыми подвигами».
— Нет Лера я не убивал, я тогда был командир и только командовал, а потом, это же был не совсем я сегодняшний — это был совершенно другой человек и он тоже проходил разные жизненные опыты, — оправдывался Влад.
— «Молчи уж лучше, а то ещё чего сморозишь, педагог…» — одёрнул сам себя Влад и молча покосился на свою собеседницу.
Лера насупилась и мочала, наморщив свой лобик, и о чём-то сосредоточено думала. Влад ещё подождал минутку, а потом, глянув на телефон, сказал:
— Пойдём нам уже пора возвращаться, я обещал твоей маме вернуть тебя к половине восьмого.
Влад встал и протянул руку Лере. Та воспользовалась услугой, но при этом её лицо исказилось какой-то капризной гримасой и она повела себя, как будто перед ней не Влад, а какой-то провинившийся, непонятно в чём, мальчишка её ровесник.
— Стоп! — решительно прервал Леркины кривлянья Влад, — вот, это уже не ко мне. Отработку своих женских навыков оставь для Димки.
Димка, сын местной подруги Людмилы, ровесник Леры. Именно с ним и ещё с компанией других поселковых и приезжих мальчишек и девчонок Лера и проводила в основном день. Они все вместе ходили на море, играли, в общем занимались своими детскими делами.
Лера кажется всё поняла, кривляться прекратила, взяла в знак примирения Влада за руку, и они отправились в сторону дома.

Владимир Тетерин 03.06.2019, Морское, Крым.

Отблагодарить автора

<<предыдущий рассказ…………следующий рассказ>>

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *